Падшая

Вспышка яркого света, от огненного сгустка, осветила окрестности, когда создание ада появилось возле подступа к горе, что поднималась высоко к небесам, скрываясь за облаками.

Доспех из темного металла прикрывал серую плоть воительницы, без каких-либо волос на голове, из спины которой торчали два массивных черных крыла. Босые ноги девы горели в огне и каждый ее след оставлял за собой ожог на благословенной земле, неспособный сойти прочь без вмешательства высших сил. В руках, исчадие держало клинок, горевший тусклым рыжим пламенем.

Воительница прошла несколько шагов и остановилась в паре сотен футов от стен, состоящих из белого камня, сияющего в вечном лунном свете ночи этого мира. Крепость, которую окружал белоснежный барьер, возвышалась над одном из самых громоздких горных пиков этого плана. Стражи цитадели, лишь завидев потустороннее создание на горизонте, стали трубить в горны, оповещая о приближении врага и давая сигнал местным жителям, укрыться в безопасном месте. Но фигура, что пришла извне, жестом показала о мирных намерениях, воткнув клинок в землю, одним резким движением обугленной руки. Защитники это увидели и последовало то, чего и хотела пришедшая.

С самой высокой башни, которую украшали рисунки в форме звездного неба, вниз ринулось создание, с сияющей серебристой плотью и крыльями, похожими на два серебряных клинка. Существо резко затормозило в десяти футах от воительницы и мягко опустилось на землю. Этим созданием был мужчина, с идеальными чертами лица и доспехом, сделанным из ночи и звезд. Как только он приземлился, то сразу вонзил свой ярко-голубой клинок в землю и обратил взор на воительницу.

— Зачем ты прибыла, Зариэль? — прозвучал успокаивающий и мелодичный голос мужчины.

— Твои речи, как всегда, устремлены прямо к цели, Барахиэль, — ухмыльнувшись, прозвучал трубный голос воительницы. — Я здесь не для того, чтобы лить кровь, поборников света, мои намерения иные. Явилась я, чтобы предупредить своих братьев и сестер.

— Ты уже давно не одна из нас. Твой свет, ныне, источает пламя, а не добродетель и его питает твоя неуемная ярость, и жажда войны.

— Но он все также направлен на отродий, стремившихся уничтожить все, что дорого нам! Пока вы отсиживаетесь здесь и лишь наблюдаете за пучиной хаоса, в которую погружается все вокруг, я проливаю кровь, не позволяя этому случится!

Глаза воительницы ярко вспыхнули, позволяя дьявольскому лику пробиться наружу.

— Ты сама сказала о намерениях, — спокойно ответил божественный вестник, — ты здесь не для упреков. Он тебя прислал?

— Нет, — немного успокоившись, произнесла Зариэль, — его нет, никто не знает где он. Я пришла по своей воле. Хочу предупредить вас. Демоны что-то затевают и не те, что служат паучихи, будьте готовы.

— Мы всегда готовы биться и защищать чистые души. Возвращайся обратно и занимайся тем, ради чего пала.

Зариэль вытащила клинок из земли и развернулась, чтобы уйти.

— В этот раз все иначе, — произнесла она, — раз вас заботят только те, кто чисты, так сделайте все, чтобы защитить хотя бы их.

Яркая вспышка снова осветила окрестности и на месте, где стояла падшая служительница небес, осталась лишь выжженная земля.