Мой ход

В тот день небо переливалось всеми возможными красками, как раз под стать магическим завесам, что падали одна за другой. В одном из городов королевства, именуемом Тетиром, бушевала битва за само существование этой страны, против врага, что решил покорить все прочие народы в угоду своей паучьей королевы. Возле входа во дворец, величественно возвышающегося на холме, прямо у парадных дверей стоял высокий темноволосый мужчина, чья шевелюра развевалась от сильных порывов ветра. Облаченный в тяжелую черную сталь, из которой был сделан его необычный доспех, король молча лицезрел, как город все сильнее погружался в хаос. Где-то вдали, в небе, как над городом, так и за его пределами вспыхивали яркие молнии, несущие за своим чарующим мерцанием лишь смерть.

— Значит, Далии все же удалось разорвать брешь, — почти шепотом произнес мужчина, заострив взгляд на одной из вспышек.

— Бранусор! — резко раздался сладкозвучный запыханный голос. — Все как ты и говорил, отмеченный здесь!

Король резко развернулся к рыжеволосому ракшасу в дорогих красно-бирюзовых тканях, увешанного золотой бижютерей, что прибежал к нему. Тигр, запыхавшись, остановился на широкой каменной лестнице, которая вела к парадным дверям дворца.

— Значит, дождались все-таки… ты распорядился, чтобы его привели сюда, Шаадат?

— Возникла проблема, меня опередили. — Ракшас редко нервничал, но сейчас по его голосу и манере поведения было видно, что он в панике.

Король в мгновение изменился в лице. Некогда спокойный и безмятежный взор превратился в полный ненависти взгляд. Бранусор сделал несколько шагов к ракшасу, отчего последний отступил назад, а после внезапно ударил Шаадата, да так, что тигр полетел вниз по лестнице, звеня золотом.

— После стольких лет ожиданий, ты не смог сделать такую простую вещь! — сквозь зубы процедил король, тяжелыми шагами спускаясь вниз, к валяющемуся на земле ракшасу. Тигр только начал подниматься, сплевывая кровь, когда почувствовал холод железной перчатки, схватившей его за горло. Ракшас повис в воздухе от того, что король, взяв его за горло, поднял над собой. — Что произошло?!

— Стражи… перехватили его и заперли где-то в своей крепости… я не успел ничего сделать!

Бранусор резко отпустил Шаадата, и тот, упав, едва устоял на ногах. Король бросил холодный взгляд в сторону ракшаса, который, протирая лапой горло, выпрямился.

— Приведи мне отмеченного!

— Но Стражи мира вряд ли его просто так отдадут! Он же из царства теней только вырвался! Как я его у них заберу?!

— С ними я разберусь, займись своим делом!

Король развернулся и стремительно двинулся в сторону города, где бушевал хаос.

Король вышел на мост, который вел к тюрьме, построенной на отдельном островке. Та самая темница, где держали заклинателей, как виновных в каких-либо грехах, так и нет. В этот самый миг, Стражи мира — орден, защищающий королевство от потусторонних чудовищ, и в особенности выходцев из Царства Теней, бился с демонами, которые заполонили всю крепость-тюрьму.

Бранусор, встав посреди моста, внимательно вгляделся в сторону крепости, возвышающейся на острове. Он осторожно отстегнул крепления своих наручей и сбросил их на землю. Искореженные татуировки на его запястьях начали растекаться по рукам, и голубые глаза сверкнули ярким фиолетовым светом. Всего за несколько мгновений вокруг крепости возник ураган небывалой мощи. Король поднял руки вперед, и яркие голубые огни вырвались с его ладоней, сплетаясь вихрем, что уже почти полностью накрыл собой крепость. Все вокруг начало отрываться от земли, устремляясь к урагану. В следующий миг лицо Бранусора полностью покрылось татуировками, а крепость, простоявшая многие годы на острове, поднялась в воздух, а после яркой вспышки просто исчезла, оставив за собой лишь груду парящих в небе камней.

Дрова медленно сгорали в камине, а тусклое пламя едва могло осветить половину покоев короля. Свет падал лишь на несколько дорогих кожаных кресел, что стояли напротив, в одном из которых сидел Бранусор. Рукава его темно-зеленой рубашки были закатаны почти до локтей, отчего хорошо виднелись татуировки и шрамы на руках. На шее, поверх одежды, на серебряной цепочке висело кольцо, сделанное из мифрила, с небольшим голубым камнем внутри.

Бранусор был погружен в какие-то мысли и его взгляд это прекрасно выражал. Задумчивость взора короля подчеркивали немногочисленные морщины на лице, что для мужчины его лет казалось необычным. Многие не дали бы ему и больше тридцати, хотя на самом деле он был значительно старше. Аккуратно подстриженная короткая борода вокруг губ и вдоль скул придавали королю более статный вид.

Позади Бранусора раздался тихий скрип, откуда-то со стороны балконной двери, которая была прикрыта шторами. Мало кто услышал бы это, но он смог. Король стремительно встал с кресла и повернулся лицом к балкону, всматриваясь в то, что могло бы там скрываться. Его напряжение несколько спало, когда он разглядел силуэт, таящийся в тени, и сел обратно.

— Ты забыл как пользоваться дверьми, Альвинг?

— Нет, но нам же не нужно, чтобы меня здесь кто-то увидел, — разнесся тихий и глубокий голос по комнате. Из тени вышел мужчина с короткими черными волосами, большая часть тела которого была сокрыта под длинной пепельной мантией без каких-либо символов и надписей. Он прошел в комнату и сел на свободное кресло рядом с королем. — Или ты хочешь объяснить остальным, кто я такой?

Бранусор начал пристально всматриваться в лицо гостя: в его молодую гладкую кожу, идеально выбритую бороду без каких-либо изъянов и, самое главное, в яркие зеленые глаза, устремленные на пламя в камине. Так длилось не больше минуты, но король отметил для себя, насколько сильно Альвинг хочет оставаться молодым.

— Значит, от эльфов ты всё-таки избавился, — снова заговорил гость, когда заметил, что король отвел взгляд. — Долго же пришлось им подыгрывать. Хотя признаюсь, мне даже понравилось проводить все эти эксперименты. Я снова почувствовал страсть и трепет от новых исследований. Жаль только, что подопытные такие хилые все время были.

— Не все, как я слышал…

— Да, были и такие, что меня смогли поразить! Один уж точно, но не суть. Я пришел узнать, как продвигаются поиски? — Альвинг облокотился на один из подлокотников и перевел взгляд на Бранусора. — Ты же наконец-то получил отмеченного, а значит все должно стать гораздо проще. Так в чем заминка, король?

— Я решаю этот вопрос так, как считаю нужным.

— Это очень неточно, не люблю когда так что-то решается. Я напомню, что Кровь тоже уже близка к месту. Думаю, ещё пару недель, максимум месяц, и мы получим недостающие детали. Я со своей частью справляюсь, как видишь, пока ты турниры устраиваешь, король. Ты уверен, что мне не нужно вмешаться? Сколько еще тебе потребуется времени?

— Скоро.

Альвинг тяжело вздохнул и полностью облокотился на кресло.

— Идут годы, а ты совсем не меняешься, даже став королем. Каково это, кстати, — править?

— Скучно.

— Как я и думал, — ухмыльнулся Альвинг. — Другого ответа от тебя я даже не ожидал. Это давнишняя погоня за силой лишила тебя стольких эмоций, — гость пристально посмотрел в глаза Бранусору, — но хоть что-то должно же было остаться?

Король повернулся к Альвингу и негромко произнес:

— Лишь гнев.

— Позволь, я буду говорить, — прошептал Шаадат Бранусору, когда он вместе с ним поднялся по старой каменной лестнице к полуразрушенному залу некогда величественного храма.

Король, как и ракшас, были одеты в свои самые лучшие одеяния. Точнее, так был одет только тигр — Бранусор же облачился в доспехи из черной стали, а на пояс прицепил легендарный клинок, которым он некогда обезглавил прошлого правителя Тетира. На фоне короля Шаадат сверкал как никогда. На шелковых тканях голубых и черных цветов, что он нацепил висели амулеты и браслеты из золота.

Вдвоем они зашли в руины зала настолько старого, что даже было нельзя понять, в честь какого божества возвели это место. В его центре стоял деревянный стол, за которым сидел всего один человек — это был мужчина средних лет с аккуратными чертами лица. Тело его прикрывал доспех, который едва виднелся из-под плаща пурпурного цвета. Аккуратно подстриженные черные волосы позволяли хорошо разглядеть черты его лица, а главное — яркие зеленые глаза, что приковывали взгляд. Он сидел, облокотившись на подлокотник своего стула, и молча ожидал, когда гости сядут напротив, где был еще один стул.

Когда Бранусор подошёл, он снял клинок с пояса и положил его на стол, а после сел напротив. Шаадат же встал рядом и стал внимательно смотреть по сторонам.

— Думаю прятать остальных, это лишнее, — произнес ракшас.

Мужчина напротив улыбнулся, а после щелкнул пальцами. Скрытая магией среди руин, появилась ещё дюжина воинов, закованных в латы, лица которых были спрятаны под шлемами.

— Полагаю, мы можем начать, ваше величество, — продолжил Шаадат, обращаясь к мужчине напротив. Тот кивнул в ответ, с лёгкой ухмылкой посмотрев на Бранусора. — Думаю нам стоит обсудить…

— Удачное изгнание эльфов? — тут же дополнил человек с другой стороны стола. Его голос был приятным и чарующим. Шаадат несколько смутился от его слов и замолк. — Разве это не радость — освободиться от их тирании?

Шаадат хотел было ответить, но не успел — Бранусор опередил его:

— К чему это все? Это представление?

— Ох, ты про солдат? — продолжал улыбаться зеленоглазый мужчина. — Действительно, мы оба знаем, что они не справятся с тобой, но все же. Какой король придет навстречу без охраны?! Хотя, это касается и тебя! — человек посмотрел на Шаадата и взгляд его несколько изменился. — Хочешь без лишних ушей говорить, так пусть их здесь не будет вовсе.

Бранусор несколько мгновений смотрел в глаза мужчине напротив, а после отослал Шаадата прочь. То же самое сделал и его собеседник со своими людьми. Когда они остались вдвоем, молчание длилось недолго, но первым его нарушил правитель Тетира.

— Теперь поговорим, как равные. Как Короли.

Бранусор вышел к лестнице и начал спускаться вниз, к Шаадату, который тревожно ходил из стороны в сторону.

— Ну что? — сразу же спросил Ракшас, как только король спустился к нему.

— Он снова даст нам армию, как и в прошлый раз, — мрачным тоном произнес Бранусор, смотря куда-то вдаль.

— А что взамен? — Шаадат шел рядом с королем и старался не отставать.

— То же, что и в прошлый раз — Локхарт. На сей раз у нас меньше времени.

Шаадат чуть не споткнулся, услышав это. Он резко остановился и громко выругался на инфернальном.

— Он что, совсем из ума выжил?! — взревел ракшас. — В прошлый раз нам потребовалось почти десять лет на все интриги! Ворону мы вновь не стравим с Локхартом, и ещё одной страны на съедение эльфам у нас нет. Он что, думает ты с ним в одиночку справишься, если королева не смогла?!

— Один нет, — остановившись, произнес Бранусор, — но с пламенем у меня есть шанс. Все-таки кое-что нас еще объединяет.

Проход в стене на мгновение сверкнул, и из него вышел Бранусор, сразу же бросив тяжелый взгляд на мертвых рыцарей, что сторожили следующую дверь. Король Тетира был одет в доспех, на который он накинул черный плащ с капюшоном. Вслед за Бранусором из портала вышел ещё один человек — мужчина с бледной кожей и седыми волосами. Несмотря на свой внешний вид, спутник короля был весьма энергичен в своих движениях и молод. Из одежды на человеке была лишь черная мантия.

— Идём, Бранусор, — раздался хриплый голос спутника, который резко остановился, заметив, что король не последовал за ним. Взгляд Бранусора был прикован к мертвецам, что сотнями стояли вдоль боковых залов в этой величественно-мрачной цитадели. — Они тебя не тронут, не волнуйся.

— Я остановился не поэтому, Ильдер, — сразу же ответил Бранусор, последовав дальше, — показалось, что там были знакомые.

— Возможно, — ответил спутник короля, — возможно и то, что их станет больше — у мастера сейчас гости.

— Глупцы, видимо. Знай эти невежды, кто он такой — и на тысячу миль не приблизились бы.

Бранусор и Ильдер зашли в следующее помещение — длинный зал, вдоль центральной части которого стояли массивные статуи, изображающие ангелов, демонов и дьяволов. Вдали, на возвышающейся над остальным частями мраморной платформе, стояла какая-то фигура с длинными белыми волосами. Чуть поближе находилась группа каких-то незнакомцев, явившихся на аудиенцию: несколько на вид людей, одним из которых был волшебник ордена писцов, судя по книге рядом, и еще двое юношей — один со светлыми, а другой с темными волосами; рыцарь в доспехах с символикой ордена Стражей мира, что бросил взгляд в сторону приближающегося короля, но тут же развернулся обратно к Мастеру; пара тифлингов с фиолетовой и красной кожей; и эльфийка, спрятавшаяся за спинами остальных.

Бранусор вместе со спутником проследовали в длинные извилистые коридоры, цитадели, направившись в одно конкретное место — библиотеку магических манускриптов, что собирал Ильдер и ему подобные по всему миру. Когда король вошел в этот сферообразный зал, заполненный десятками стеллажей со старыми пыльными манускриптами, он, не медля, сел за длинный стол, положив свой ремень с мечом рядом; Ильдер же присел напротив.

— Яркое пламя, — сразу же произнес Бранусор, не став медлить, — ты можешь помочь мне с ним договориться?

— Неожиданная просьба! — удивленно прохрипел Ильдер, подняв брови. — Помнится мне, в последнюю вашу встречу вы чуть друг друга не убили, и он зарекся, что при следующей встрече закончит начатое. Как же, предполагаешь, можно мирно устроить подобную аудиенцию?!

— Может ему что-то нужно… нечто такое, что позволит сгладить эту ненависть хоть на время? Ты же наверняка в курсе, я знаю.

Ильдер скрестил руки перед собой и стал задумчиво смотреть в сторону стеллажей сбоку.

— Он кое-кого ищет… человека, предавшего его доверие. Сулит большую награду тем, кто доставит этого безумца живым.

— В чем подвох?

— Чистая сила — он ей владеет, обучен самим Пламенем, и говорят, этот человек встал на сторону его врагов. Зовут парня, кстати, Амон, и он единственный, кто может помочь тебе исправить ваши взаимоотношения.

Бранусор громко выругался, когда услышал имя. Его и без того суровый взгляд омрачился еще сильнее, и Ильдер это заметил.

— Что не так? — спросил седовласый.

— Этот Амон, я встречал его. Он мертв — погиб месяц назад от рук слуги Фон Рейнеров. Придется искать другой путь.

Ильдер рассмеялся после этих слов и, улыбаясь, тут же произнес:

— А я слышал совсем иное…

— У тебя есть что-то из личных вещей Амона, Шаадат? — спросил король, зайдя в кабинет к ракшасу.

Тигр в момент, когда к нему зашёл Бранусор, занимался пересчетом драгоценных камней, что горстью лежали на его столе. Алмазы, изумруды, рубины и прочие драгоценности едва ли не падали со стола ракшаса, в то время как и он сам не забыл украсить себя золотой бижутерией. Шаадат удивленно посмотрел на короля и седовласого незнакомца в черной мантии, что прибыл вместе с ним, а после задумчиво нахмурил брови, отчего его усы слегка задергались.

— Не думаю, что золото можно считать личными вещами… оно скорее общественное, а точнее мое. Да, точно, он оставил в своих покоях какое-то кольцо с печаткой в форме ястреба. Я сохранил ее, мало ли.

— Принеси кольцо мне.

Шаадат хоть и не понял причины, но все же сходил в свое магически спрятанное хранилище, которое было набито горой золота, драгоценностей и предметов. Состояния, накопленного ракшасом за годы, проведенных им в Тетире, с лёгкостью хватило бы на постройку новой столицы, или даже двух. Он отдал шкатулку вместе с печаткой королю, а после, не задавая вопросов, сел пересчитывать драгоценные камни.

— Сто восемьдесят шесть, сто восемьдесят семь, сто восемьдесят… — Шаадат поднял голову и снова вопросительно посмотрел на короля, не понимая почему он не уходит. — Что-то ещё?

Бранусор наблюдал за своим советником, не выражая эмоций, в то время как Ильдер слегка улыбнулся, услышав вопрос ракшаса.

— Турнир. Его все же нужно будет провести.

— Что?! Как?! Но я уже потратил те деньги на нечто иное! Брану… — Шаадат осекся, глядя на незнакомца, — ваше величество, может они обойдутся просто парочкой лепёшек в пекарнях города, а не весьма дорогостоящим турниром, на котором наверняка ещё будет и денежный главный приз? Или, быть может, кто-то из богатеев Тетира пожертвует на это дело? Я как раз знаю пару лиц, что обзавелись немалой суммой недавно!

— Проведи турнир. Деньги возьмёшь из своих запасов. И ещё. — Бранусор посмотрел в сторону магического тайника ракшаса. Тигр заметил, куда был направлен взгляд короля, и резко вскочил с места, заслоняя собой заветную дверь. — Дай мне Колоду семи грехов.

Шаадат и Ильдер очень удивлённо посмотрели на короля, возможно решив, что тот шутит. Но он, облаченный в свои доспехи и держа руку на рукоятке меча, выглядел максимально серьезно, а его взгляд пробирал до дрожи. Ракшас не произнес больше ни слова — он понял, что дело серьезное, раз Бранусор решил воспользоваться столь могущественным и опасным артефактом. Шаадат принес из хранилища небольшую костяную шкатулку, обернув ее перед этим в какую-то шелковую ткань с символами луны, и положил на стол. Когда король и его спутник вышли из комнаты, Ильдер все же задал свой вопрос:

— Ты ведь помнишь, что она может сделать со своим владельцем? Даже мастер, упоминая ее, сказал, что дары этой вещи меркнут по сравнению с опасностью, исходящей от нее. Я надеюсь, тобой руководит не отчаяние.

— В этом королевстве, как мне кажется, есть один игрок, который решил поставить против меня, — ответил король, остановившись. — Случайность, позволявшая узнать об этом Амоне, помогла увидеть всю картину чётче. Мой настоящий противник все это время двигал свои фигуры незаметно, подбираясь все ближе, и мешая мне. — Лицо короля изменилось на озлобленную гримасу, а взгляд устремился в сторону. — Мой враг хорошо скрывает свою личину, так что придется постараться, чтобы его вычислить, и эта колода как раз в этом поможет.

— И турнир?

— И турнир. Твоя помощь мне понадобится уже позднее.

— В таком случае, — тихо произнес Ильдер, — когда все закончится, мы будем квиты.

Лошадь громко заржала и под команду кучера потянула телегу за собой по немноголюдным улицам Броста — города, что стоял на северной границе Тетира в двух десятках миль от Амна. Бранусор, в обычной одежде, прикрытой тёмно-синий плащом с капюшоном, и Шаадат в облике человека, двинулись вдоль домов. Ракшас, приняв личину светловолосого мужчины с бледной кожей, как и король был одет весьма скромно — лишь черная шелковая рубаха и коричневые штаны, заправленные в высокие ботинки.

Город имел узкие извилистые улицы, которые по обе стороны были застроены двух или трехэтажными каменными домами с серой и черной черепицей. Все вокруг наполняли серые краски, что в совокупности с дождем, который был частым явлением в этом герцогстве, скорее отпугивало, чем привлекало к городу. Запах пота, мочи и рвоты хорошо стоял плотным невыветриваемым слоем. Жители города на вид казались не очень приветливыми, так как их лица не выражали каких-либо радостных эмоций.

Шаадат шел рядом с королем и высматривал что-то на пути, а Бранусор следил за прохожими, которые хоть и не обращали внимание на парочку столичных гостей, но все же не внушали доверия.

— Куда дальше? — спросил король, посмотрев на очередного человека со шрамами на лице, проходящего мимо и сморкающегося на дорогу.

— Я был здесь всего раз и с Малдетом, не торопи, мне нужно время! — Шаадат тут же присмотрелся к узкому переулку, где за раз могли пройти небольшие двух существ, и остановился. — Кажется здесь… я пойду поищу знаки.

Бранусор ничего не ответил, а просто встал у входа в переулок, прислонившись к стене. Прождав несколько минут и следя за проходящими мимо людьми, его внимание привлекло кучка детей в соседней улочке, что шпыняли более хилого ребенка, кидая в него грязь. Хулиганы дразнили мальчугана-полуэльфа из-за его длинных ушей. Бранусор наблюдал за происходящим, но никак не вмешивался. Так длилось какое-то время, пока задирам это не надоело и они не оставили полуэльфа валяться в грязи.

Вся одежда мальчишки была испачкана, также сильно, как и его черные волосы с лицом. Он медленно уселся и подпер голову коленями, громко сопя при этом. Мальчик так сильно был погружен в свою печаль, что даже не сразу заметил фигуру, внезапно нависшую над ним. Бранусор присел и протянул ничего непонимающему мальчишке, которому было не больше десяти, нож.

— Возьми, — произнес он строгим тоном, — и используй, если хочешь, чтобы издевательства прекратились.

Мальчик неуверенно протянул руку к клинку, который король резко развернул одним движением, рукояткой к ребенку. Полуэльф взял нож двумя руками и испуганно посмотрел на незнакомого мужчину.

— Либо это, либо терпи унижения и дальше, но если решишься, то начни с самого слабого из них. Выжди, когда он будет один, и подойдя сзади, ударь в шею. Именно бей, а не режь, а потом поверни! И так сделай с каждым из них, по очереди. Сделаешь — выживешь, а нет — сгниешь в грязи.

Мальчишка хотел было что-то сказать, но мужчина тут же развернулся и ушел, скрывшись за поворотом, у которого его уже ждал другой незнакомец. Шаадат нашел нужный проход и повел короля к нему, загадочно улыбаясь.

— Чего же ты сам не помог, спаситель? — посмеиваясь, прошептал ракшас в обличье человека.

— Он скорее всего не сможет, или вообще умрет, но если не сделает, то его судьба будь куда хуже. Если решить чью-то проблему насилием — это поможет всего раз, а если научить кого-то решать свои проблемы насилием — можно помочь на всю жизнь. Такой ответ тебя устроит?

Шаадат лишь кивнул, улыбаясь, ничего более не произнося, а после, дойдя до нужного места в переулке, открыл потайную дверь, ведущую в один из тайников Малдета Ночного творца — бывшего королевского заклинателя.

Толпа начала громко ликовать, когда Шаадат, надевший свой самый шикарный наряд пурпурно-синего оттенка, вышел на главную трибуну арены, ознаменовав начало турнира. Бранусор сидел немного позади, на своем почетном месте короля, откуда открывался вид на все пространство вокруг. Он немного скучающим, томным взглядом смотрел на ликующих жителей Тетира, собравшихся посмотреть на испытание силы и мужества всех знатных личностей королевства. На короле сияли его доспех из черной стали и корона из чистого золота, которую он носил далеко не всегда, но в этот раз случай обязывал его быть в ней.

Шаадат вовсю объявлял участников турнира, представляя их толпе. Рыцари, графы, герцоги, чиновники и прочие важные господа, что участвовали в состязании ещё не знали, что их ожидает, как впрочем и сам король, так как он полностью доверил организацию турнира своему советнику. Рядом с троном Бранусора стояло ещё два кресло: одно предназначенное для ракшаса, а другое — для королевского заклинателя Элегора, который отсутствовал по внезапно появившимся, неотложным делам.

Темноволосый мужчина в длинной темно-красной мантии аккуратно прошел внутрь небольшой комнаты, что была сокрыта под землёй под множеством магических барьеров. Он изучал все источники магии, которые ему удавалось почувствовать, поскольку знал, что в одном из тайников прошлого королевского заклинателя Малдета Ночного творца, который по совместительству был ещё и дроу, может таиться множество ловушек. Новый же маг — Элегор, потративший немало дней на изучение записей эльфа, смог обнаружить упоминания об этом логове, и решил изучить его, в надежде найти спрятанные секреты.

Помещение было похоже на зал со множеством разветвлений, где в центре находилась большая комната, а по бокам несколько небольших коридоров. Если бы кто-то взглянул на тайник сверху, то понял бы, что комната напоминает тело паука с коридорами, вместо лап.

Элегор некоторое время ходил по комнате, изучая записи, хранящиеся здесь. В основном они касались магических экспериментов эльфа над жителями Тетира, затрагивающих их память, но, обследуя место, мужчина внезапно ощутил большой источник силы, который был накрыт каменной плитой в полу. Осторожно сняв плиту с помощью магии, Элегор своей силой достал из ниши странную костяную шкатулку. В тот же миг, когда вещица была изъята из пола, все померкло в глазах мужчины, и наступила полная пустота.

Элегор очнулся уже на рассвете. Полностью обнаженный, он лежал посреди груды сожженных тел в какой-то деревушке, дома которой уже догорали от пожара. Черный дым уходил высоко в небо и его прекрасно было видно издалека. Единственное, что Элегор обнаружил у себя в руке, это шкатулку из костей, и расставаться с ней он уже не хотел.

Шаадат сел рядом с Бранусором, закончив свою речь, чтобы дождаться следующей части представления. Он обратил внимание на взгляд короля, который был устремлён на соседнее кресло, и тихо произнес:

— В Тетире его никто не видел, хотя птичка мне напела, что прошлой ночью кто-то сжёг целую деревню и пожрал сотню жителей. Говорят, это было настоящее чудовище. Хоть и похоже на влияние нашего артефакта, но я не думаю, что это был Элегор.

— Не будь глупцом! Калабра запросто могла подготовить для нас такой сюрприз.

Голова очередного дворянина пала на залитую кровью землю арены. Толпа взревела — кто от ужаса, а кто от восторга, видя пиршество жестокости, которое творилось на поле брани. Король, облокотив голову на руку, скучающе смотрел на гибель его подданных, которые расставались с жизнью под рев толпы. Шаадат же не тратил время даром и комментировал происходящее своим сладкозвучным мурчащим голосом, еще больше подогревая восторг и ужас зрителей.

Позади Бранусора в это время стояла неизвестная фигура в сияющих доспехах и с двумя массивными белыми крыльями. Это была дева с золотистой кожей и ярко-голубыми глазами, которая придерживала висящий на поясе меч. Она из тени следила за происходящим, пока ее внимание не привлекло нечто иное. Ко входу на королевскую трибуну подошла восточной внешности женщина с длинными черными волосами, что были аккуратно убраны в изящную прическу. Появившаяся дама в элегантном фиолетовом платье, не скрывающим татуированную шею и плечи, остановилась возле стражников и негромко представилась, после чего воины расступились, и привлекательная особа прошла дальше. Она подошла к одному из стульев, на котором должен был сидеть королевский заклинатель, и улыбнулась Бранусору, но лишь краем губ — ровно столько, сколько требовал этикет.

— Ваше Величество, — произнесла дама, привлекая к себе внимание короля, который хоть и был удивлен, но не показал этого, скрывая эмоцию под своим обычным раздраженно-сердитым взглядом, — прошу прощения за опоздание.

— Госпожа Калабра… точнее Герцогиня Калабра, не ожидал вас сегодня здесь увидеть. Приятный сюрприз для всех нас. — Король указал рукой на свободный стул, предлагая гостю сесть, что та сразу же и сделала. — Полагаю, вы решили посмотреть на выступление лорда Мантреса? Его навыки, надо сказать, впечатляют. Для обычного человека он весьма необычен.

В этот миг Мантрес — правитель города Балансимар — сражался на арене бок о бок с прочими знатными, против чудовищ, что подготовил для них Шаадат, который продолжал комментировать происходящее, еще не заметив новую гостью.

— Полагаю, такой комментарий можно сделать в адрес всего, что так или иначе связано с Шандреггенами. К счастью для нас, лорд Мантрес куда сильнее оказался предан Тетиру, нежели герцогам.

— Как приятно слышать, что кто-то настолько сильно предан именно Тетиру, — холодный тон в голосе короля в этот миг мог запросто заморозить любое внезапно появившееся исчадие ада. — Так все-таки, чем я обязан столь неожиданной и приятной компании?

— Моё прибытие связано с благом нашего королевства. Как уже было упомянуто ранее, всем известное герцогство является вместилищем большой и опасной проблемы в виде Истинного, поселившегося там. Хотя пока он и не выказывает никаких агрессивных настроений в наш адрес, но это все может рано или поздно измениться. Позвольте мне и моим подопечным решить данную проблему, конечно же, в вашу честь, мой король.

Король прекрасно понял, что за цель скрывается за этой просьбой — подобный подвиг привлечет еще больше жителей Тетира на сторону Калабры, и тогда баланс сил может окончательно измениться в ее пользу, не говоря уже о новых землях, что полностью перейдут под ее контроль. Бранусор был одновременно разъярен и восхищен её амбициями.

— Поразительное совпадение, герцогиня Калабра, — ответил король, — но цель турнира, как раз связана с источником ваших опасений.

Калабра посмотрела на поле арены, где как раз заканчивался бой с участием одного из ее подданных, после чего дама улыбнулась, поняв, на что намекает король.

Когда турнир закончился, Шаадат представил новых союзников королевства — целестиалов, прибывших с самой Горы Целестиал, дабы испытать, а после защитить народ от зла, а затем объявил о главной награде. Победителям турнира выпала редкая честь избавиться от чудовища, что поселилась в землях Тетира.

— Две головы — одним ударом, — тихо произнесла Калабра, слушая Шаадата.

— Здесь? Ты всерьез хочешь сделать это в центре города? — удивленно спросил Ильдер, снимая капюшон черной мантии. Он с недоверием посмотрел на парящие в воздухе скалы, что остались от тюрьмы, некогда державшей в своих стенах сотни заключенных.

— Да, — невозмутимо ответил Бранусор, подходя к краю разрушенного моста.

— Я, конечно, понимаю причину — в месте дикой магии и наша сила куда больше, но вот контроль… а что, если мы не удержим портал? — Ильдер выдавил нервный смешок, смотря в спину короля. — Здесь же вокруг целый город.

— В случае чего просто сделаю столицей другое место. Хватит рассуждений! Надо уже начинать, пока внимание горожан сосредоточено в другом месте, — на этих словах Бранусор развернулся и посмотрел куда-то в небо, за спину Ильдера.

Над городом медленно пролетал огромный особняк Шаадата, который тот решил перенести в другое место, исходя из желания усилить свою защиту, а приглашенные целестиалы летали вокруг, присматривая за тем, чтобы дом не упал. Бранусор и Ильдер, воспользовавшись моментом, применили одно из заклинаний и открыли врата, ведущие в место, где по несчастливому стечению обстоятельств был заточен Амон — в глубинный эфир.

Бескрайняя серая пустошь, руины и горные хребты усеивали эту сияющую в вечной ночи землю. Звезды в небесах горели здесь ярче, чем где-либо еще на материальном плане, а на краю горизонта можно было увидеть бушующий ураган, наполненный чистой магической силой — разрушительной и бесконтрольной. Ильдер и Бранусор появились на краю обрыва, на самом дне которого виднелся полуразрушенный замок. Некоторые части стен порой вспыхивали ярким голубым огнем, столь сильным, что он мог запросто расплавить даже металл.

— Все, как я себе и представлял, — тяжело вздыхая, произнес Ильдер. — Надо побыстрее найти этого парня, пока мы здесь сами не сгинули.

— Тогда давай спускаться, — ответил король, просто шагнув с обрыва. Он приземлился на одну из нижних плит, оставив после себя глубокую вмятину на камнях.

Ильдер последовал за ним, но более аккуратно — опустившись вниз, как легкое перышко. Он пошел за Бранусором к большой расщелине в каменной стене, озираясь по сторонам, так как был наслышан, что могло здесь обитать. Когда они вдвоем проникли внутрь крепости, то попали в один из залов верхних этажей, где жили стражники тюрьмы. Вокруг царила полная разруха: разбитая в щепки мебель, обвалившиеся колонны и дыры в стенах и полу, но основное, что приковывало к себе все внимание, оказались полуразложившиеся тела, валяющиеся на полу.

— Что это было за место? — тихо и настороженно спросил Ильдер, всматриваясь в одно из изувеченных тел.

— Магическая тюрьма.

— Что?! И ты говоришь об этом только сейчас?!

— Ты не спрашивал.

— Это же стократ все усложняет! Кошмары, сколько их теперь может быть здесь?!

— Думаешь, если бы это было просто, то я бы попросил твоей помощи? — Бранусор бросил раздраженный взгляд на Ильдера, который озирался по сторонам.

— Скажи хотя бы, сколько здесь содержалось волшебников?

— Около сотни, — бросил невозмутимо Бранусор.

— Ты же врешь, да? Меня можешь не дурить, я умею отличать, когда ты говоришь правду, а когда нет!

Ответа не прозвучало, но Бранусор резко обнажил свой меч, висевший все это время на его поясе в ножнах. Ильдер посмотрел в ту же сторону, куда был устремлен взгляд короля. Из мрака дальнего коридора не спеша вышла светловолосая девушка в испачканной серой рубахе и штанах, босая. Она выглядела напуганной и потрясенной, а взгляд ее был устремлен куда-то в сторону. Бранусор не сводил с нее взгляд, как и Ильдер, который всматривался в движения девушки, пытаясь уловить в них что-то странное, и он это заметил. Незнакомка аккуратно щелкнула пальцами, стараясь скрыть свое колдовство, но не смогла сделать этого незаметно. Ильдер уже хотел атаковать, но Бранусор оказался еще быстрее — он метнул свой меч, как копье, пронзив насквозь девушку, отчего та издала сдавленный крик. Не прошло и мгновений, как меч снова оказался в руках короля, а отовсюду начали доноситься новые шаги, которых стало гораздо больше.

Молния, подобно выжигающему лучу, пронеслась через весь зал, пронзая всех кошмаров на своем пути. Ильдер выглянул из-за стены, которую он использовал, как укрытие, и осмотрелся: каменные плиты вокруг были все обожжены, а от тел не осталось ни следа, за исключением оружия, валяющегося на полу. Чуть в стороне стоял Бранусор с окровавленным клинком над еще живым заклинателем — юноши не старше двадцати лет, цепляющегося за жизнь, безнадежными попытками уползти в сторону. Мощный удар ногой по голове, размозживший череп, окончательно прервал эти попытки.

— Мне показалось, он не хотел на нас нападать, — произнес Ильдер, взглянув на окровавленные останки парня.

— Я не стану тратить наше время на проверку, кто друг, а кто враг. Идем, тут еще осталось несколько комнат и залов.

Бранусор последовал дальше по спирально-образному коридору, который постепенно уходил под землю. Внутренняя часть была одной большой пропастью, в то время как во внешних стенах находились двери темниц, скрывающих за собой узников. Тюрьма была построена таким образом, что заклинатели низших и средних рангов содержались в подобных камерах, а вот более опасные и могущественные маги были заточены на нижних этаж в отдельных комнатах, к каждой из которой вел свой коридор.

Пока Ильдер и Бранусор спускались вниз, из многих камер доносились звуки мольбы и просьбы о помощи. Далеко не все комнаты были разрушены после перемещения и многие до сих пор скрывали за своими дверьми пленников, обреченных на вечное заточение в месте, где даже еда и вода тебе не потребуются для выживания — так уж был устроен глубинный эфир.

Спустя несколько часов Бранусору и Ильдеру удалось дойти до нижних этажей, убивая периодически кошмары, что нападали на них по пути. Те самые кошмары, являющиеся темной стороной каждого из тех, кто оказывался гостем глубинного эфира и был не в силах обуздать своего внутреннего демона. Лишь чудовищам душой, это место не могло причинить вреда, лишь тем, кто сам является кошмаром для других.

Спустившись вниз, король резко остановился перед одним из коридоров, который должен был привести их к самому опасному из узников. Рядом были и другие проходы, но тяжелый взгляд Бранусора был устремлен лишь в один из этих окутанных тьмой тоннелей.

— Я тоже чувствую, — начал Ильдер, всматриваясь в коридор, — чистая сила, зона дикого огня. Если он похож на нас, то не стал бы скрываться в этом месте.

— Если он такой же, как и мы, то пошел бы на все, чтобы выжить. Идем, я уверен, он там.

Коридор был извилист и на пути к последней комнате таилось множество помещений для стражи и не только, а в одной из них король и вовсе увидел жуткую картину, в красках описывающую историю, произошедшего здесь.

Когда они дошли до последнего зала, то первое, что Бранусор и Ильдер узрели, так это десятки тел убитых магов, что видимо вырвались и ринулись сюда, ища укрытие, но обнаружили лишь смерть. Король начал смотреть в темные уголки этого помещения, которые скрывались за обвалившимися частями стен, несущими колоннами, и прочими руинами. Его взгляд нашел свою цель. Из-за одной из плит неспешно вышел седой старик с длинной бородой, носивший доспех Стражей Мира. На его поясе, как и у Бранусора висел полуторный клинок, а взгляд был столь же суров. Сэр Борислав предстал перед своим королем.

Несколько мгновений в зале стояла гробовая тишина. Бранусор и только что появившийся старый воин прожигали друг друга взглядами, замерев. Ильдер же решил прервать тишину:

— Это кто-то из твоих подданных? — спросил он у короля, не отводя взор от незнакомца.

— Нет, не из моих, — после этих слов Бранусор начал медленно идти в сторону так, чтобы появившийся рыцарь был по правую руку от него. Он продолжал через плечо смотреть на Борислава, и обратился уже к нему. — И как давно ты занимаешь его место?

На губах пожилого воина появилась легкая ухмылка, а его пристальный суровый взор стал несколько мягче.

— После смерти старшего Шандреггена, — раздался грубый голос старика. — Твои подданные решили и от меня избавиться. Интересно, кто же их надоумил на это?

Бранусор лишь ухмыльнулся в ответ.

— Полагаю, раз ты здесь лично, то договориться мы не сможем?

— Верно, Балазару нужна твоя голова, а мне нужен он, так что твоя судьба уже предрешена.

— Но вот незадача, моей головы уже нет, а голова старика вряд ли подойдет, — рыцарь начал двигаться в противоположную сторону, когда заметил, что и вторая фигура, пришедшая с Бранусором, последовала за королем. — Выходит, я тебе теперь нужен живым и невредимым? Здесь все-таки зона дикой магии — любое колдовство чревато.

— Живым, — Бранусор бросил свой меч на землю, отстегнув ремень с ножнами, — но не невредимым.

Мгновения хватило, чтобы король преодолел несколько десятков футов и нанес удар своим кулаком в стальных наручах. Амон, вселившийся в тело Борислава, едва успел уйти в сторону, отчего удар его соперника пришелся по каменной стене, которая тут же треснула. Он хотел уже начать колдовать, когда еще один взмах Бранусора попал ему в грудь. Удар был такой силы, что вмял металлический нагрудник и отбросил Амона на десяток футов назад. Кровь полилась изо рта — видимо от попадания по груди король что-то ему сломал. Сбоку к валяющемуся на полу старику уже несся Ильдер, достающий из сокрытой под плащом сумки необычные кандалы.

— Но мне-то уже терять нечего! — в этот же миг Амон сделал несколько пасов руками, отвлекая на противодействие соперников, и когда это удалось, следом появившаяся магическая дверь его затянула внутрь.

Он хотел перенестись на другой конец зала, и если бы Амон пытался держать под контролем свою силу, проблем скорее всего это не доставило бы, но он этого не сделал. Вместо одной двери в этих руинах возникло около десятка магических врат, откуда хлынули чудовища всех мастей из самых разных уголков планов. Начался настоящий хаос. Бранусору и Ильдеру пришлось тоже колдовать, из-за чего это место стало стремительно разрушаться, а Амон и вовсе куда-то исчез.

Король, упершись в окровавленный меч, восседал на своем троне, наблюдая за тем, как его рыцари перетаскивают тела потусторонних отродий, что последовали вслед за ним на материальный план. Ильдер стоял в стороне, исцеляя свои раны, и озлобленно поглядывал на мертвых чудовищ. Его мантия вся была испачкана в крови, как и доспехи короля.

— Так что теперь? — произнес Ильдер, посмотрев на Бранусора. — Как ты планируешь его оттуда вытащить? Увидев нас, он теперь без раздумий будет нападать, рискуя всем.

Король не сразу ответил, но в его задумчивом взгляде прослеживался некий план, который он уже придумал.

— Я же все-таки король, — взор Бранусора устремился куда-то вдаль, словно за пределы этого дворца, — а Амон наверняка захочет отомстить…