Воспоминания

— Хороший получился вечер, Атала! — улыбаясь, произнес темноволосый мужчина, который шагал по залу вместе со своей спутницей. Он почесал щеку, слегка задевая черную бороду, и поправил свой плащ, накидывая на голову капюшон. Его смуглая кожа почти не выделялась в полумраке ночного города.

Рядом с мужчиной шла весьма худенькая девушка, которая была почти на голову ниже своего спутника. Ее легкая улыбка и расслабленная походка отражали хорошее настроение этой юной особы. Одета она была в кожаный жилет без рукавов, из-под которого виднелись пара кинжалов.

— Почаще бы таких вечеров, Абдул-Азиз. Надеюсь, что он далеко не последний! Так, ладно, мне еще нужно зайти к Мумеду, чтобы обсудить вопрос о продажи той добытой партии украшений, пока он не пошел спать!

— Хорошо! Только не называй его Мумедом, ты же знаешь, как он этого не любит!

— Хорошо, — улыбнулась Атала в ответ, — тогда он будет дядюшкой Анкхалабом! Да, так мне даже больше нравится!

Когда Абдул-Азиз разошелся с Аталой, он направился в убежище гильдии, которой управлял, а именно в братство Павшего легиона, где множество слухачей и воров собирали информацию для королевства. Петляя между улицами и переулками, полуэльф, родившийся в Калимшане, добрался до убежища, сокрытое от многих посторонних глаз. Пройдя через общий зал и несколько коридоров, Абдул-Азиз аль Абдурахман Сианодель ибн Сауд добрался до своего небольшого кабинета, не сильно выделяющегося на фоне остальных помещений, и упал в кресло, попутно открывая бутылку хорошего амнийского вина.

— Эх, хороший выдался вечер, — тихо произнес полуэльф, сделав глоток.

— Приятно слышать, — раздался металлический голос со стороны двери.

Абдул-Азиз резко вскочил, выхватив с пояса арбалет, и направил его в сторону источника звука. Из тени медленно, скрипя полом вышел тот, кого полуэльф точно не ожидал увидеть.

— Самайн?! — не опуская арбалет, напряженно произнес Абдул-Азиз.

Перед ним стояла персона, большая часть тела которой была сокрыта под копной одежды. Даже лицо незваного гостя прятала металлическая маска с прорезью лишь для глаз, откуда виднелось голубое свечение. Самайн возглавлял гильдию убийц, тайно служащей королю, хотя в первую очередь они, как и Падший Легион, подчинялись правой руке правителя Тетира — Шаадату.

— Не часто нам представляется возможность побеседовать вдвоем, Абдул-Азиз, — подобно скрежету металла, разнесся голос Самайн по комнате.

— Первый раз на моей памяти, за все те годы, что я нахожусь в Тетире. Я не горю желанием лично о чем-то беседовать с главарем гильдии убийц, да еще и наедине. Не очень хорошие перспективы это сулит. — Абдул-Азиз опустил арбалет, не сводя глаз с собеседника. — Чем обязан?

— Король как-то сказал, что нас всех должно объединять нечто большее, чем просто долг. Это позволит построить связь куда сильнее, чем она есть. — Самайн приблизился и осторожно достал из-под черного балахона небольшую музыкальную шкатулку. Абдул-Азиз еще более непонимающе посмотрел на гостя. — Я… люблю поэзию и музыку. Они напоминают мне о былых временах, о прошлой жизни, если так можно выразиться. Это то немногое, чем я дорожу в этом мире. — Самайн замер на мгновение, а после пододвинул шкатулку к Абдул-Азизу. — Я хочу подарить тебе это, как символ союза, как символ того, что мы на одной стороне. Пусть она хранится у тебя. В ней нет ни крупицы магии, можешь проверить, можете вы все проверить! Это просто… воспоминание.

Самайн осторожно отошел назад на этих словах. Абдул-Азиз с большим подозрением смотрел на странный подарок, но когда он снова перевел взгляд на гостя, его уже не было в комнате. Глава Падшего Легиона не мог оставить такой странный подарок без внимания, но воспоминания о том вечере вскоре были утрачены стараниями придворного заклинателя Малдета… хотя и не навсегда.