Царство мертвых

Ночь была такой густой, что казалось, если протянуть руку, пальцы утонут в чернильной тьме. Луна скрылась за облаками, и только слабое, багровое сияние, исходившее от кольца Нерулла, разгоняло мрак вокруг. Бог смерти двигался по древней дороге, давно стёртой временем, но всё ещё различимой для того, кто слышит зов мёртвых.

Рядом с ним шёл Безымянный — высокий, худой, словно высушенный временем человек, чьё лицо скрывалось под капюшоном. Но даже под тканью чувствовалось, что он прятал нечто ужасное. Внутри него жила древняя сущность, чьё присутствие ощущалось как холод, проникающий под кожу. Иногда казалось, что его тень движется отдельно от тела, а голос звучит сразу из нескольких мест.

— Ты ведёшь меня слишком долго, — произнёс Нерулл, не оборачиваясь. Его голос был низким, гулким, будто исходил не из груди, а из глубины могилы.

— Прояви терпение. То, что ты ищешь, не желает быть найденным. Оно прячется не от живых… а от подобных тебе.

Нерулл остановился. Его пустые глазницы, в которых плясали огненные искры, повернулись к спутнику.

— Ничто мёртвое не может скрыться от меня.

Безымянный слегка наклонил голову, будто прислушиваясь к чему‑то внутри себя.

— Это не просто мёртвое. Это нечто забытое, и оно сопротивляется даже тебе.

Он поднял руку, указывая вперёд. Перед ними возвышался холм, поросший чёрным мхом. На первый взгляд, это был обычный, ничем не примечательный холм, но воздух вокруг него был неподвижен, как в склепе, а тишина давила на уши, будто сама земля задержала дыхание.

Нерулл провёл ладонью по поверхности холма. Земля содрогнулась, и из-под мха показались очертания каменных плит, покрытых древними рунами. Они были стёрты, но всё ещё хранили силу.

— Захоронение магов, — прошептал Безымянный. Его голос стал глубже, будто говорил не он, а тот, кто жил внутри него и это привлекло внимание Нерулла. — Тех, кто умер в один миг. Тех, кто связал свои души, чтобы уйти от всех богов.

Нерулл провёл пальцами по камню. Руна вспыхнула мертвенным светом.

— Наконец-то я говорю с тем, кто дергает за нити, эту пешку. Ответь же мне, почему я не знал об этом месте?

— Потому что они боялись не смерти. Они боялись того, что придёт после. Они спрятали себя от мира, чтобы их сила не досталась никому. Но я…

Он положил ладонь на плиту. Руна под его рукой вспыхнула ярче.

— Я помню то, что стерто, и я приведу тебя туда, где начинается конец старого мира, — Безымянный, а точнее, нечто в нем замерло, смотря вперед. — Пока мы здесь, я буду вести тебя сам, своеволие моего сосуда здесь не уместно. Его прошлые решения были неудачны. Мне нравилось наблюдать за его потугами, но теперь я сам буду решать нашу судьбу.

Каменные плиты разошлись, открывая вход в подземелье. Из глубины дохнуло холодом, древним и тяжёлым, как сама смерть. Коридор был узким, а стены покрыты символами, которые шевелились, словно живые.

— Магия иллюминации, — произнёсла сущность внутри Безымянного. — Свет, который скрывает и обманывает тень, и не дает ей проникнуть внутрь. Так они могут прятаться от таких, как ты.

— Так бы и случилось, если бы ты сам не пришел ко мне, — раздался раздраженный голос Нерулла. — Я не способен видеть то, что сокрыто этой магией. Потому мне и нужны те, кто владеют ей.

В центре зала лежали тела сотни, тысячи. Они были высохшими, но не разложившимися. Их лица были спокойны и безмятежны, будто они приняли свою судьбу.

— Они умерли не от меча и не от болезни, — сказал Безымянный. — Их разумы не выдержали то, что я им показал.

Нерулл повернулся к нему.

— Ты?

— Я был здесь, когда они умирали. Я шептал им о будущем. О мире без смертных. О мире, где нет страха, боли, слабости. Они увидели то, чем могли стать и не пережили это. Решили сокрыть себя здесь — свои тела и души, пока полностью не впали в безумие.

Нерулл поднял руку, и души магов — тысячи слабых огоньков поднялись над телами. Они дрожали, словно свечи на ветру.

— Теперь они все мои, — сказал он, — и мир станет миром смерти.

Безымянный улыбнулся шире.

— Нет, мир станет миром без смертных.

И тьма поглотила зал.